Система залпового огня «Катюша»


1 352 0 Опубликовано: 20.04.2015 admin
{attr-title}


14 июля 1941 года, железнодорожная станция Орша в Белоруссии. С раннего утра сюда, один за другим, прибывают немецкие эшелоны с войсками, военной техникой, горючим и боеприпасами.

«На станции в это время были три эшелона: один с танками, один с цистернами горючего и третий эшелон – мотопехота, там были машины, понимаешь ли, мотоциклы и личный состав».

В 15 часов 15 минут по немцам был открыт шквальный огонь из неизвестного оружия, вся станция в одно мгновение превратилась в огромное огненное облако.

«Там после этого творилось непонятно что, танки, понимаешь, где завалились, где горят, цистерны горят, немцы бегут кто куда, как очумелые, кто валяется, кто, понимаешь это самое, кое как за что-то хватается».

В этот день начальник немецкого Генерального штаба Гальдер сделал в своем дневнике такую запись: «14 июля русские под Оршей применили какое-то новое, неизвестное доселе оружие. Шквал огнеметных снарядов сжег Оршанскую железнодорожную станцию, все эшелоны с боевой техникой и личным составом прибывших войсковых частей». Горела земля, плавился метал - таким было первое боевое применение легендарных «Катюш».

17 июня 1941 года на подмосковном полигоне проходил смотр образцов нового вооружения Красной Армии, последним в программе значился показ новейших установок залпового огня. Демонстрация пяти машин в действии произвела на Представительную делегацию во главе с Наркомом Семеном Тимошенко большое впечатление. Приказ о серийном производстве реактивных установок был подписан уже через 3 дня после показа. До начала Великой Отечественной оставалось несколько часов.

26-го июня на заводе в Воронеже была завершена сборка двух новых машин, которые получили обозначение БМ-13, они предназначались для пуска реактивных снарядов калибра 132 мм. Установки смонтировали на базе трехосного грузовика ЗИС-6. Именно БМ-13 и были впервые применены при атаке железнодорожной станции Орша. Командовал батареей капитан Иван Флеров. Исключительная эффективность систем залпового огня способствовала быстрому наращиванию темпа производства нового реактивного вооружения.

В конце июля 41-го на Западный фронт прибыли вторая и третья батареи реактивной артиллерии. В августе 1941 года было принято решение о формировании 8-ми полков реактивной артиллерии. Еще до участия в боях им было присвоено наименование Гвардейских минометных полков артиллерии резерва Верховного Главного Командования - этим подчеркивалось то особое значение, которое придавалось вооружению и воинам реактивной артиллерии. Полк состоял из 3-х дивизионов, дивизион - из 3-х батарей по 4 БМ-13 в каждой, итого - 36 пусковых установок. Для вооружения полков в 1941 году было изготовлено 593 установки. Личный состав полка насчитывал почти 1500 человек, отбор осуществлялся строго, так как пусковые установки были секретным оружием. После обучения бойцы давали клятву.

«На всех машинах было по 30 кг взрывчатки. И мы, когда давали клятву, клялись: «Врагу машин не сдадим», для этого взрывчатка».

Залп полка БМ-13 продолжался 5-10 секунд, общее количество выпущенных за это время снарядов – 576, площадь поражения - свыше 100 гектаров. Особенностью массового залпа стало то, что при наложении взрывных волн снарядов разрушительный эффект усиливался, кроме того, осколки разрывающихся мин разогревались до 800 градусов и поджигали все вокруг себя. Именно поэтому возникла легенда о термитном заряде в боеприпасах «Катюш». После залпа подразделения быстро меняли дислокацию, чтобы не попасть под ответный удар. За потерю каждой машины приходилось строго отчитываться перед вышестоящим командованием, поэтому, когда Дмитрию Жеребко удалось вместе со свои водителем спасти поврежденную машину и вернуть ее в часть, командир полка лично поблагодарил 19-летнего бойца.

«Обнял вот так и плачет, а я еле стою на ногах, ну что, мне 19 лет-то было, а я на ногах еле стою, а он плачет. «Ты же, - говорит, - спас не только машину, ты спас меня, нас, командиров, если б только машина не была спасена, то нам - трибунал и жизнь наша была бы кончена».

Немцы охотились за нашими «Катюшами», чтобы получить хоть какие-то сведения о новом советском оружии. На вооружении Вермахта были собственные реактивные гранатометы, имевшие большую кучность стрельбы, но они значительно проигрывали «Катюше» в дальности. Весь секрет заключался в порохе, который разработали наши ракетчики. Даже когда гитлеровцам удалось захватить наши установки, разгадать состав советского пороха они так и не смогли. Как и не смогли наладить массовый выпуск своих систем залпового огня, получалось дорого и не технологично. В СССР производство пусковых установок в срочном порядке было развернуто на нескольких предприятиях. Конструкторы и сборщики работали по 12-16 часов ежедневно.

«А сборщики, слесаря были девочки. Ей 16 лет, наверное, а она и говорит, когда нас уже построили, командиров и водителей возле машин, они, бригада слесарей, подошли, она говорит: «Бейте, добивайте фашистов, мы вас «Катюшами» обеспечим».

Кроме того, удалось наладить массовый выпуск того самого особого пороха для ракетных снарядов. Даже в блокадном Ленинграде не останавливалось производство ракет к «Катюшам». В апреле 43-го на вооружение приняли унифицированную пусковую установку БМ-13Н. В целях повышения технологичности производства и снижения стоимости конструкторы критически проанализировали все детали и узлы установки. В основном, БМ-13Н создавались на базе хорошо зарекомендовавших себя американских грузовиков «Студебеккер», поставлявшихся в СССР по Ленд-лизу.

БМ-13Н. Оружие - ракетные снаряды М-13; дальность - более 8,5 км; количество снарядов - 16; боевой расчет - 5-7 человек; шасси - полноприводный автомобиль «Студебеккер» US 6.

Существует множество версий, почему установка БМ-13 получила название «Катюша». По одной из них утверждалось, что именно так окрестили установку сборщицы на заводе Компрессор, по другой – из-за наличия литеры К в обозначении изделий Воронежского завода имени Коминтерна. Самая распространенная версия - по названию популярной песни, которую, впрочем, в армейской среде переделали на свой лад.

«Все мы любим душеньку «катюшу»,
Все мы любим, как она поет,
Из врага выматывает душу,
А бойцам отвагу придает.
Из врага выматывает душу,
А бойцам отвагу придает».

Действительно, наши бойцы охотнее шли в атаку после обстрела врага «катюшами». Внезапность появления и ошеломляющая мощь огневых налетов оказывали деморализующее действие на вражеские войска. Немцы называли наши установки то «черной смертью», то «адовым пламенем». Но чаще всего упоминается прозвище «сталинский орган», из-за схожести пусковых установок с органными трубами. Сложно представить себе, что чувствует человек, угодивший под залп «катюш». По славам тех, кто пережил такие обстрелы, это было одно из самых страшных впечатлений за всю войну. Звук, который издавали ракеты во время полета, каждый описывает по-разному: скрежет, вой, рев. В зоне поражения буквально все взлетало на воздух, и земля горела под ногами.

Работа над усовершенствованием установок и снарядов к ним не прекращалась на протяжении всей войны, серийно выпускалось около 30-ти типов реактивных снарядов различной мощности и назначения. Самые мощные из них, М-31, из-за своей формы солдаты окрестили «Лукой», по имени героя запрещенной поэмы Баркова. Снаряд весил более 90 кг и содержал почти 30 кг взрывчатки, эти снаряды с успехом применялись даже в ходе уличных боев.

На заключительном этапе войны, в ходе Берлинской операции было задействовано 1510 боевых установок и 1795 пусковых рам. На врага обрушивался поток реактивных снарядов неслыханной разрушительной силы. «Катюша», рожденная накануне войны, в боях доказала свое право на существование, она стала прообразам многих современных систем залпового огня, которые и в наши дни считаются весовым аргументом в ходе боевых действий.