Пять угроз национальной безопасности США


6741 0 Опубликовано: 13.03.2013 AlexF1
Пять угроз национальной безопасности США
Технологи оборонной отрасли достигают наибольшего успеха, когда концентрируются на отдельных проблемах. Исследовательские учреждения Пентагона и их подрядчики получили в 2003 году запрос на разработку способов борьбы с дорожными минами в Ираке и Афганистане, и хотя они не устранили эту угрозу полностью, однако разработали ряд полезных детекторов, радиоэлектронных и других противоминных систем.

Недавно военные ученые получили приказы помочь в борьбе против т.н. «Anti-access area-denial» угроз, как называет Пентагон враждебную оружие, способное сбивать американские истребители и атаковать боевые корабли.

Впрочем, следующая волна угроз национальной безопасности может быть такой, что научно-техническое сообщество будет не в силах с ней справиться. Это сложные, многомерные проблемы, для борьбы с которыми даже высоких уровней американских технических преимуществ по стелс-технологиям, авиации 5-го поколения или средствах ночного видения вряд ли будет достаточно.

Последние прогнозы разведки администрации Обамы и другие источники указывают на пять больших вызовов мировой и американской безопасности в грядущие десятилетия.

Биологическое оружие: Белый дом опубликовал в 2009 г. Национальную стратегию борьбы с биологическими угрозами, где ведущей темой был тезис, что биологическое оружие рано или поздно использовано террористами. Для того, чтобы предотвратить превращение смертоносных вирусов в массовую оружие, по словам чиновников, нужно решить одну из труднейших проблем: получение точных и своевременных сведений о возможных атаках. В Управлении по борьбе с угрозами обороне (Defense Threat Reduction Agency) есть команда исследователей, работающих над этими проблемами. Но они жалуются, что темп исследований слишком медленный, чтобы быть наравне с потенциальными террористами.

Ядерное оружие: Большие запасы ядерных зарядов - это, по мнению чиновников, привлекательные мишени для наций-государств или негосударственных групп, нацеленных на поражение Соединенных Штатов или их союзников. Черный рынок ядерных материалов находится под особо пристальным вниманием органов госбезопасности США. «Вероятность того, что Аль-Каида или иная террористическая организация может завладеть ядерным устройством, представляет собой непосредственную и исключительную угрозу мировой безопасности», - говорится в отчете президентской администрации. Не существует высокотехнологичных сенсоров, которые могли бы разрушить черные рынки, выявить и перехватить ядерные материалы при их транспортировке; как и не существует финансовых инструментов, чтобы расстроить эту опасную торговлю. Широко разрекламированная попытка Министерство внутренней безопасности (Department of HomelandSecurity) выявить радиоактивные материалы в морских портах США захлебнулась от технических трудностей. По убеждению аналитиков, несмотря на то, что почти невозможно для Аль-Каиды или подобной группы построить полноценное ядерное оружие, более вероятным результатом будет «грязная бомба» малого радиуса действия, сделана всего лишь из нескольких граммов радиоактивного материала.

Кибер-атаки: Барабанная дробь информационных войн уже звучит много лет. Вмешательство в Сеть рассматриваются как одна из наиболее вероятных проблем национальной, общественной и экономической безопасности. В этом случае, технология становится палкой о двух концах. «Сами технологии, позволяют нам создавать и быть первыми, также дают возможность террористам разрушать важные объекты инфраструктуры, имеющих ключевое значение для нашей экономики, коммерции, общественной безопасности и войска», - говорит Белый дом.

Рынок кибербезопасности переполнен товарами, которые обещают моментальные решения, однако становится ясно, что рост решимости и осложнения атак потребует новых, нетрадиционных решений.

Изменения климата: По мнению бывшего министра обороны Леона Панетты, последствия изменения климата для национальной безопасности имеют тяжелый характер. В то время, как вопрос климатических изменений сильно политизирован, Панетта определяет проблему как серьезный кризис безопасности: «В XXI в. мы признаем, что изменения климата могут влиять на государственную безопасность - от повышения уровня океана и страшные засухи, частые и более опустошительные природные катастрофы, увеличивают потребность в гуманитарной помощи и мероприятиях по преодолению стихии». Правительство предполагает, что изменения, вызванные глобальным потеплением, приведут к новым конфликтам среди беженцев за ресурсы из за катастрофических природных бедствий. Научное сообщество по поводу этого не может прийти к согласию по вопросу, каким способом отвлечь эту тенденцию. Однако единственное в чем есть согласие, это то, что панацеи не существует.

Международная преступность: Американские оборонные и правоохранительные органы рассматривают транснациональные преступные сети как угрозу национальной безопасности. Эти группировки вызывают нестабильность и раскладывают государственные учреждения из-за коррупции. «Международные преступные организации уже накопили невиданные средства и силу благодаря наркоторговле, контрабанде оружия, торговли людьми и другой незаконной деятельности... Они распространяют свое влияние, формируя альянсы с террористическими организациями, государственными служащими и даже некоторыми государственными спецслужбами», - бьет тревогу администрация . Даже сложных систем надзора, которыми обладают США, недостаточно для борьбы с этой угрозой.

В данном специальном отчете «Национальная безопасность» рассмотрела пять крупнейших угроз в детальном разрезе.

Био-угрозы

Мечта всех работников системы здравоохранения - чтобы появление и распространение инфекционных заболеваний можно было прогнозировать и отслеживать, так же легко, как и погоду.

Подобно метеорологу, который замечает первоисточник урагана где-то на побережье Африки и начинает прокладывать его возможный путь на карте, когда тот движется в сторону Карибов, глобальная система биоконтроля могла бы позволить чиновникам выявлять биологическое оружие или появление смертельно вируса гриппа в Китае и отслеживать его распространение по миру. Тогда можно было бы принять меры для быстрой разработки и распространения вакцин.

Несмотря на зарождение информационной эпохи, когда врач из Азии теоретически может за считанные секунды проинформировать единый информационный центр на другом краю света о новом вирусе, по мнению экспертов, высказанное на недавней конференции Промышленной ассоциации национальной обороны с бионадзора (National Defense Industrial Association Biosurveillance conference), эту мечту удастся реализовать еще нескоро.

Чтобы болезни стали так же легко предсказуемыми, как и погода, это дело далекого будущего, однако аналогия с погодой - не лучшее сравнение, отметил Стив Беннетт, директор Национально центра интеграции бионадзора Департамента внутренней безопасности (Department of Homeland Security's National Biosurveillance Integration Center). Для начала, медицинская сообщество не обладает такими же моделями прогнозирования, как синоптики, которым достаточно лишь подставлять в них необходимые данные. Таких моделей просто не существует.

«Прогнозирование - вещь, которую чрезвычайно сложно достичь, - добавляет он, - думаю, что мы можем приблизиться бы к ситуационной готовности в режиме реального времени».

Центр был основан Конгрессом в 2007 г. для того, чтобы согласовать усилия 12 федеральных учреждений и департаментов, на которые возложена задача следить за болезнями. Цель центра - «быстро идентифицировать, характеризовать, локализовать и реагировать на биологические события национального значения; интегрировать и анализировать данные, касающиеся здоровья людей и животного, растительного, пищевой и экологической сфер, и распространять сигналы угроз и другую уместную информацию».

Управления по борьбе с угрозами обороне Департамента обороны, Центры контроля и предотвращения болезней, Министерства здравоохранения, человеческих услуг и сельского хозяйства (Departments of Health and Human Services and Agriculture) - все они задействованы в мониторинге заболеваний.

«Думаю, идея была предложена в 2007 году, когда закон работал ... идея была в том, что поскольку базы данных были разбросаны по разным органах федерального правительства и штатах, стоит только вложить 100 млн долл.. в ИТ-систему, соединить все это в одно, и результатом будет знания», - говорит Беннет.

Баз данных нет, или они существуют в виде разрозненных электронных таблиц на различных системах, абсолютно неструктурированные. Пять лет спустя, приняв закон, Беннетт продолжает тратить уйму времени на сбор статистики о том, что происходит, по разным учреждениям.

«Все держится на людях и отношениях, - подытожил Беннет. - Если бы только было какое-то более технологичное решение проблемы! А так имеем то, что имеем ».

Насколько продвигается разработка глобального видения в реальном времени того, какая болезнь и где распространяется, настолько здесь остается больше вопросов, чем ответов.

«В настоящее время совокупный результат биомониторинга основан на расплывчатых данных. А прийти к какому-то решению, отталкиваясь от неверных данных, очень трудно », - поделилась мыслями К. Николь Розенцвайг, биолог-исследователь Еджвудського химико-биологического центра Сухопутных войск (штат Мэриленд). (Army's Edgewood Chemical Biological Center).

«Как аналитикам взять что-то, что находится на определенном уровне, исследовать это, а затем оценить так, будто мы полностью уверены в нем? - Спрашивает она. - Для этого потребуется провести невероятно много исследований».

ИТ-системы, способные собирать и согласовывать данные и предоставлять представителям сферы здравоохранения картину мест, где болезни появляются, это только одна часть проблемы.

Главная проблема в том, что процедуры осуществления этого, еще не разработаны.

Харши Мукундана, ученый химического отдела Национальной лаборатории Лос-Аламос, говорит, что заболевания появляются в продуктах, животных и людях. «Все они взаимосвязаны, но различные учреждения отслеживают то, как они борются с причиной, - продолжает она. - Кто владеет данным биомониторинга? Ли это правительства, или Всемирная организация здравоохранения? Тяжело представить, какой будет система и как она будет функционировать... Нам нужны какие-то распоряжения от государства, чтобы начать думать над тем, как ее внедрять».

Беннет соглашается: «Существует немало системных проблем, которые нам нужно решить: процессуальные вопросы, вопросы власти, того, что ускоряет решение».

Ядерное оружие

Ядерное оружие до сих пор возглавляет список самых ужасающих угроз для Соединенных Штатов. Государство за прошедшие 60 лет потратило невероятную сумму денег, однако информация из открытых источников подсказывает, что осталось еще много работы на этом поприще.

Разработки системы, которая сбивала межконтинентальные баллистические ракеты (МБР) с ядерными боеголовками, начались 50 лет назад во время правление Эйзенхауэра. Но сегодня, этого можно достичь только по наиболее контролируемым условиям, где еще остаются вопросы относительно того, фальшивые цели-приманки смогут легко отбить сценарий «шар сбивает шар».

Бесплодная попытка президента Рейгана сбивать ракеты из космоса, более известная, как «звездные войны», сошла на нет. Программа воздушных лазеров, которые, как предполагалось, будут уничтожать ракеты на стартовых площадках с помощью направленных лучей энергии, тоже застопорилось.

Доктрина взаимно гарантированного уничтожения (mutually assured destruction doctrine) компенсировала эти недостатки обороны. Но, как отметил многие аналитики, негосударственные организации, такие как террористические группы, в случае попадания ядерной бомбы им в руки, не играют по этим общепринятым правилам.

Не так давно, Министрество национальной безопасности свернуло программу по разработке усовершенствованных спектроскопических порталов (Advanced Spectroscopic Portals), которые должны выявлять контрабандные боеголовки внутри морских грузовых контейнеров. Мандат Конгресса на обследование каждого контейнера, который прибывает в США, означает, что дальнейшие разработки будут продолжаться, хотя и в меньших масштабах.

«Потенциальные противники Америки осознали, что нынешнее не ядерное проникающие оружие относительно неэффективно в уничтожении подземных средств, - пишет Бейкер. - Программы по разработке ОМУ сейчас спрятаны под землю, чтобы стать недосягаемыми. Новые коммерческие технологии рытья туннелей также привели к удешевлению подземных бункеров».

Национальное управление военно-космической разведки (National Reconnaissance Office), Национальное агентство геопространственной разведки (National Geo-Spatial Intelligence Agency) и Военно-воздушные силы - все они нуждаются в сенсорах для обнаружения атомного оружия, а также подземных бункеров, где оно спрятано. Центр технических приложений ВВС (AirForce'sTechnicalApplicationsCenter) находится на базе ВВС «Патрик» (штат Флорида), получил задание по поиску ядерного оружия и слежения за выполнением соответствующих соглашений.

Попытка разрушить подземный комплекс может требовать серию массивных артиллерийских бомбардировок. А это можно осуществить только бомбардировщиками Б-2 и только одновременно.

Джеффри Ричелсон, старший научный сотрудник Архива национальной безопасности (National Security Archives), исследовательского института, который получает секретные правительственные документы на основании Акта о свободе информации, сообщил: «Нам очевидно нужно оружие, которое может проникать на определенные глубины, через определенную толщину.

Документы свидетельствуют, что Министерство обороны и разведывательные службы занимаются этой проблемой серьезно уже около 10 лет. «Она обострилась и стала более важной в последние годы», - резюмировал Ричелсон.

В статье Бейкера приведена цифра 1 млрд долларов затрат на разработку проблемы уничтожения подземных хранилищ в течение 2009 и 2010 фискальных лет.

Есть и хорошие новости. Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, подписанный большинством стран, еще требует ратификации. Но он способствовал созданию мощной всемирной сети, что может мониторить тайные подземные атомные взрывы.

«Радиоактивные частицы, выпущенные во время аварии АЭС Фукусима, были зафиксированы во всех уголках планеты, даже в Латинской Америке, - рассказывает Роберт несет, который обслуживает 80 воздушных радионуклидных мониторов Организации Договора о запрещении ядерных испытаний. - Если сенсор фиксирует радиоактивные частицы техногенного происхождения, аналитики могут определить, сколько им дней, отследить варианты погоды и засечь их источник».

Чиновники убеждены, что сети сейсмических датчиков достаточно, что выявлять 90% всех скрытых попыток испытать ядерное оружие мощностью более 1 Кт. Чем меньше выходная мощность заряда, тем менее эффективна система.

Ричардс подтвердил, что необходимо «осознать, насколько умело можно проводить ядерные испытания окольными путями. Требуется продолжение научно-исследовательской программы по совершенствованию сенсоров».

«Цель мониторинга - добиться, чтобы того, что не попадает под надзор, было как можно меньше», - подытожил он.

Будущее информационных войн

Генерал армии Кейт Александр, из киберкомандования США (US Cyber ​​Command), рассматривает момент, когда нападения на компьютерные сети, сотрут грань между кражей, нарушением и «разрушением», это вопрос недалекого будущего. И этот хаос будет происходить не только в цифровом мире нулей и единиц. Он указывает на то, что отдаленные противники могут вывести из строя важные объекты инфраструктуры, как: электрические энергосистемы, плотины, транспортные системы и другие отрасли, использующие компьютеризированные системы управления.

За последнее десятилетие это были преимущественно разведывательные мероприятия противников или кража денег или интеллектуальной собственности. Затем настала очередь создание препятствий в доступе, когда хакеры поражали сети и нарушали операции бизнеса и других учреждений, доложил Александр на недавнем заседании по теме информационной безопасности Центра Вудро Вильсона.

Если враг захочет атаковать США, то кроме МБР и террористических актов у него не остается других вариантов, как разрушительные кибератаки, отметил Александр. Это может привести к человеческим жертвам и ущербу экономике наравне с теми, которые повлечет теракты 11 сентября 2001

«Все это возможно, - уверен Александр - Я убежден, что это выпадет на нашу долю, и мы должны быть готовы».

Перед нацией стоит задача научиться бороться с такими атаками. Большая часть инфраструктуры Интернета, через которую доставляют вредоносное программное обеспечение, находится в частных руках. Там же и банковская сфера, энергетическая, транспортная и другие учреждения, уязвимые к кибератакам.

По словам одного аналитика, несмотря на бесчисленные средства, вложенные в кибербезопасности, как на федеральном, так и на местном уровнях, многое еще остается неизученного об этих угрозах.

«Почему мы изучаем интернет-войны? Потому что мы не овладели киберпространством, - говорит Мартин Либицки, старший научный менеджер корпорации РЭНД (RAND-Research and Development, Научно-исследовательская корпорация - прим. Пер.) - Главная проблема в том, что компьютеры рассматривались изначально как нечто , что требует «доработки».

«Мы построили саму инфраструктуру из вещей, которые создавались как игрушки, - продолжает Либицки. - Будучи игрушками, компьютерные системы с самого начала имеют недостатки и уязвимые места, которые надо залатать»

«Каждая информационная атака отражает определенную уязвимость системы», - также отметил Либицки.

Разведывательный центр безопасности «Локхид Мартин» (Lockheed Martin's Security Intelligence Center) в течение 10 лет собирал базу данных хакерских групп и их методов взлома. Эта информация может помочь экспертам в борьбе с угрозами.

Хотя технологические инновации тоже важны, по мнению Крума, костяком системы безопасности являются аналитики.

Сокращение экспертов по сетевой безопасности продолжает быть проблемой как на государственном, так и частном уровнях. Александр считает, что через бедную экономику пока нет проблем в привлечении и удержании военного и гражданского персонала в киберкомандовании, но так будет не всегда. Чтобы не потерять специалистов потребуются стимулы и бонусы.

Изменения климата

Для американских военных изменения климата - это проблема, обрамляющая все их стратегические планы. Неважно, в каком направлении работать Министерству обороны, отмечают аналитики, глобальные интересы США, наконец, пересекутся с последствиями потепления планеты.

Пока политики спорят о признании науки о климате, Министерство обороны признало, что имеет интерес в решении проблем вроде своей энергетической зоны покрытия, говорит Дэвид Мишель, директор отдела экологической безопасности в Центре Стимсона (Stimson Center).

На краях Земли, где изменения климата уже явно просматриваются на примере таяния ледников на полюсах, нужны те же технологии мониторинга таяния, сказала Хезер Конли, директор Европейской программы Центра стратегических и международных исследований. Береговой охране также потребуются новые корабли, способные патрулировать холодные воды Арктики, чтобы обеспечивать постоянное присутствие там, где вскоре может образоваться новый мировой океан, за который будут все бороться.

Вызовом для Вооруженных сил США, по мере смещения их внимания в сторону Тихого океана, будет способность уравновешивать реагирование на неотложные события с постоянно поддерживаемой готовностью к отдаленным последствиям климатических изменений. На Тихом океане ежегодно уже погибает в среднем 70 тыс. человек от природных бедствий: наводнений, тайфунов и землетрясений.

Армия США имеет уникальную способность создавать необходимую инфраструктуру почти мгновенно после вспышки стихии. Одна-единственная ударная группа с авианосца может предоставить медикаменты, эвакуацию и наладить сеть коммуникаций в стране, опустошенной природной катастрофой, как это было в 2010 г. на Гаити после крупных землетрясений. Корпус морской пехоты, как и ВМС, заявили, что предоставление гуманитарной помощи и ликвидации последствий катастроф будет двумя крупнейшими ихними обязанностями.

В Арктике, как и в Азии и на Тихом океане США будут вынуждены признать и взяться за изменения климата, если они и дальше хотят поддерживать свою роль мировой сверхдержавы для обеспечения и поддержания свободного обращения общих благ.

Международная преступность и террор

Перед ликвидацией Усамы бен Ладена руками морской пехоты США, возглавляемая им террористическая организация была весьма разветвленной и сплоченной сетью международного террора и криминальных групп. Если добавить имеющиеся торговлю наркотиками, оружием и людьми, это составляет большую проблему для Армии США и правоохранительных органов внутри страны и за рубежом.

События вроде Арабской весны создали вакуум власти и неуправляемые территории, где бандиты и террористические группы могут действовать безнаказанно. Пока большинство внимания американской армии было сосредоточено на Ближнем Востоке, антиамериканские группы и сторонники Аль-Каиды распространялись в других местах.

На Исламском Магрибе Аль-Каида подняла свою голову в Мали, действуя без ограничений на засушливой северной территории до того как туда вмешались французские военные.

В странах как Колумбия и Гондурас преступники скрываются за тройным укрытием тропических зарослей, сквозь которые современные сенсоры не видят. «Это действительно задача для научно-исследовательских работ... Мы пока не достигли способности проникать сквозь деревья», - сказал Фрейзер.

БПЛА, впрочем, не могут помешать контрабандистам, даже если засекли их. Береговая охрана и флот нуждаются для этого в большем количестве кораблей или других систем оружия, которые бы одновременно и проявляли, и прекращали незаконную торговлю наркотиками и оружием.

Но технологии, говорит Фрейзер, это не всегда панацея. Как и в Северной Африке, борьба с транснациональными угрозами в Южной Америке проводится с использованием таких технологий как морской радар, но наибольших успехов можно достичь через сотрудничество с региональными союзниками и старым сбором информации «из уст в уста».